Только что под моим председательством прошло заседание Совета Россия–НАТО. В решающий момент для европейской безопасности.

Это была непростая дискуссия. Но именно поэтому она была такой важной.

У нас состоялся очень серьезный и прямой обмен мнениями о ситуации в Украине и вокруг нее. И о последствиях для европейской безопасности.

Между союзниками по НАТО и Россией существуют значительные разногласия по этим вопросам.

Наши разногласия будет нелегко преодолеть. Но положительным знаком является то, что все союзники по НАТО и Россия сели за один стол и занялись обсуждением существенных тем. После двух лет, когда такие встречи было невозможно созвать.

Сегодня Россия представила предложения, опубликованные в декабре, направленные на решение ее проблем в области безопасности.

Они включают требования прекратить прием любых новых членов в НАТО. И вывести войска с территории восточных стран НАТО.

Союзники, со своей стороны, подтвердили политику открытых дверей НАТО. И право каждой страны выбирать свои собственные механизмы обеспечения безопасности.

Союзники ясно дали понять, что не откажутся от своей способности защищать и оборонять друг друга. В том числе с присутствием войск в восточной части Североатлантического союза.

В то же время и Россия, и союзники по НАТО заявили о необходимости возобновить диалог и изучить сроки проведения следующих встреч.

Союзники по НАТО готовы снова провести встречу с Россией, чтобы обсудить все эти вопросы более подробно, представить конкретные предложения и добиваться конструктивных результатов.

В частности, союзники хотели бы обсудить пути повышения транспарентности военных учений, предотвращения опасных военных инцидентов и уменьшения космических и киберугроз.

Союзники также предложили рассмотреть вопросы контроля над вооружениями, разоружения и нераспространения. В том числе рассмотреть взаимные ограничения в отношение ракет, а также ядерную политику.

Что касается каналов связи, то союзники по НАТО заинтересованы в изучении путей совершенствования гражданских и военных каналов связи, а также возможности восстановления наших соответствующих представительств в Москве и Брюсселе.

Союзники по НАТО объективно оценивают перспективы прогресса в этих переговорах.

Они выразили серьезную озабоченность по поводу наращивания российской военной мощи в Украине и вокруг нее. И призвали Россию немедленно осуществить деэскалацию ситуации и уважать суверенитет и территориальную целостность своих соседей

Они также призвали Россию воздержаться от агрессивного построения сил и злонамеренных действий, направленных против союзников, и соблюдать все ее международные обязательства и обязанности

Все это означает, что наш диалог труден, но еще более необходим. Союзники по НАТО подчеркнули, что они приложат все усилия, чтобы найти политический путь вперед.

Я также приветствую двусторонние консультации между Соединенными Штатами и Россией. И завтрашнее заседание ОБСЕ.

Информация и фото по материалам nato.int

Мы только что завершили встречу министров иностранных дел стран НАТО. На нашей первой сессии к нам присоединились Грузия и Украина. Мы обсудили ситуацию в области безопасности в регионе. Продолжающиеся агрессивные и дестабилизирующие действия России против своих соседей. И наращивание её военной мощи в Украине и вокруг нее.

Мы должны сохранять бдительность и избегать эскалации. Министры ясно дали понять, что любая будущая российская агрессия будет стоить дорого и будет иметь серьезные политические и экономические последствия для России.

Грузия и Украина являются давними и близкими партнерами по НАТО, содействующие нашим миссиям и операциям и стремящийся к членству.

Министры ясно дали понять, что мы придерживаемся своих решений. Наша поддержка их суверенитета и территориальной целостности остается непоколебимой. И мы по-прежнему привержены усилению нашей поддержки обеим странам.

Мы уже укрепляем их возможности по самообороне, тренируясь вместе, обеспечивая морскую поддержку и обмен информацией.

Мы также говорили о важности продвижения вперед в проведении реформ, укрепляя верховенство закона и демократию, осуществляя борьбу с коррупцией. /Наши партнёры/ продолжают преобразовывать свои секторы безопасности и обороны. Эти реформы являются ключевыми для того, чтобы сделать Грузию и Украину более сильными и устойчивыми.

Наша вторая сессия была посвящена Афганистану и урокам, извлеченным из деятельности НАТО в этой стране на протяжении почти двух десятилетий.

Министры провели углубленное обсуждение этих уроков. И как мы можем улучшить то, как НАТО планирует и проводит будущие операции по урегулированию кризисов, как на политическом, так и на военном уровнях.

Миссия НАТО в Афганистане не была напрасной. За более чем двадцать лет не было ни одного террористического нападения на наши страны, организованного из Афганистана.

Только НАТО обладало потенциалом и политической волей для проведения этой масштабной и сложной операции по урегулированию кризисов. И совершенно очевидно, что управление кризисными ситуациями должно оставаться основной задачей НАТО.

В то же время мы должны признать, что международное сообщество, включая НАТО, ООН, ЕС и других действующих лиц, повысило уровень стремления к государственному строительству. Эта более широкая задача оказалась гораздо более сложной. Поэтому мы должны обеспечить, чтобы наши амбиции оставались реалистичными.

Несмотря на храбрую службу многих афганских солдат и годы международной поддержки, им мешали коррупция, плохое руководство и неспособность поддерживать свои собственные силы. В будущем мы должны обеспечить, чтобы усилия НАТО по обучению создавали больше самодостаточных сил.

Министры также согласились с тем, что мы выиграли бы от более содержательных дискуссий по переговорам о соглашении между США и Талибаном, заключенном в феврале прошлого года. В то же время консультации в этом году относительно будущего нашей миссии были открытыми и искренними. И на основе этих консультаций мы вместе решили завершить миссию НАТО в Афганистане.

Воздушная переброска в Кабул в августе продемонстрировала нашу способность поддерживать масштабную операцию по эвакуации. НАТО выполняла важнейшие функции по обеспечению функционирования Кабульского аэропорта и руководила координацией усилий по эвакуации на местах. Соединенные Штаты, Соединенное Королевство, Турция и Норвегия обеспечивали безопасность и эксплуатировали аэропорт в чрезвычайно сложных условиях.

В будущем нам следует изучить вопрос о том, как укрепить способность НАТО проводить крупномасштабные операции по эвакуации небоевых сил в короткие сроки либо с помощью Сил реагирования НАТО, либо в качестве самостоятельных сил.

Эти уроки, которые мы извлекли из Афганистана, будут определять роль НАТО в урегулировании кризисов в будущем.

И, оглядываясь назад на уроки Афганистана, мы должны продолжать наши усилия по борьбе с терроризмом и наращивать потенциал наших партнеров. В том числе благодаря важной работе нашей учебной миссии в Ираке.

На нашей заключительной сессии к нам присоединились наши партнеры Финляндия, Швеция и Верховный представитель ЕС Боррелл. Мы обсудили стабильность и безопасность на Западных Балканах.

Регион прошел долгий путь со времен конфликтов 1990-х годов. Но в последнее время мы наблюдаем рост напряженности. В том числе в Косово, а также в Боснии и Герцеговине. С более агрессивной риторикой, застопорением реформ и деятельностью иностранных субъектов, работающих над подрывом прогресса.

НАТО будет продолжать содействовать стабильности, безопасности и сотрудничеству в регионе. И мы согласились с важностью нашего присутствия. Включая нашу миссию СДК в Косово. И наши офисы в Сараево и в Белграде.

Наше сотрудничество с Европейским союзом по-прежнему имеет важное значение. И мы будем продолжать работать вместе, чтобы сохранить стабильность и поддержать реформы.

В заключение я хочу поблагодарить наших латвийских коллег за их отличную работу по организации этой встречи министров иностранных дел НАТО. Это еще раз свидетельствует о твердой приверженности Латвии нашему альянсу.

С этим я готов ответить на ваши вопросы.

Андреа Митчелл (новости NBC): Я хотел спросить вас о серьезных последствиях для России, учитывая, что Украина, если ей будет угрожать вторжение, очевидно, не является членом НАТО. Так что же еще может сделать НАТО? Каковы будут экономические и политические последствия?

И что касается Афганистана, считаете ли вы, что, учитывая гуманитарный кризис в Афганистане, члены НАТО, такие как США, должны рассмотреть другие способы получения денег, не проходя через Талибов? Что еще можно сделать? Учитывая, вы знаете, 7 миллиардов замороженных активов, замороженных США и другими активами, чтобы удовлетворить вопиющую потребность голодающего народа Афганистана? Благодарю вас, сэр.

Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг: Возвращение талибов в Афганистан — трагедия для афганского народа. И мы также видим, что сейчас они сталкиваются с очень, очень тяжелой гуманитарной ситуацией в связи с приближающейся зимой и риском серьезных гуманитарных последствий экономического кризиса в Афганистане.

НАТО прекратила свое военное присутствие в Афганистане. Но союзники по НАТО продолжают оказывать гуманитарную поддержку через различные учреждения ООН гуманитарным организациям. И я приветствую это, потому что нам необходимо продолжать оказывать поддержку народу Афганистана. И это также обсуждалось в ходе сегодняшней встречи — необходимость оказания гуманитарной поддержки через различные международные институты и ООН.

Затем, на Украине. У нас есть широкий спектр вариантов, чтобы убедиться, что Россия столкнется с серьезными последствиями, если они еще раз применят силу против независимого, суверенного государства Украина.

Все, начиная от экономических санкций, финансовых санкций, политических ограничений. Но также, как мы видели после 2014 года, когда они незаконно аннексировали Крым и продолжали дестабилизировать восточную Украину, поддерживали сепаратистов в Донбассе, что фактически привело к крупнейшему укреплению нашей коллективной обороны со времен окончания холодной войны, с развертыванием боевых групп в Балтийском регионе и Польше (..), а также к увеличению присутствия в Черном море, усилению воздушной полиции и других военных действий, что демонстрирует решимость НАТО защищать всех союзников, особенно в восточной части Альянса, Черноморском регионе и Балтийском регионе.

Мы оказываем поддержку Украине в наращивании потенциала. Союзники предоставляют обучение, оборудование и консультации. А также делиться с ними информацией. И мы очень внимательно следим за тем, что происходит на границах Украины. Но, конечно, есть разница между близким и высоко ценимым партнером, Украиной, где мы оказываем поддержку, и союзниками по НАТО, где у нас фактически есть пункт о коллективной обороне, где мы предоставляем гарантии безопасности, закрепленные в Вашингтонском договоре для всех союзников по НАТО.

Поэтому мы будем продолжать использовать НАТО в качестве платформы для консультаций, координации, в том числе по потенциальным экономическим санкциям и другим мерам. Даже несмотря на то, что НАТО не принимает этих решений. НАТО — это платформа, которая объединяет Северную Америку, европейских союзников, ЕС и других для обсуждения также экономических санкций. И затем, конечно, НАТО принимает решения по всему, что связано с гарантиями безопасности для наших стран-союзников по НАТО.

Флориан Нойханн (ZDF): Г-н Столтенберг, сегодня утром министр иностранных дел Украины сказал нам, что членство его страны в НАТО неизбежно. Я хотел бы знать, согласны ли вы с этой оценкой? И считаете ли вы, что это также будет сигналом к деэскалации, если НАТО расширится в сторону российской сферы влияния?

Генеральный секретарь НАТО: Вы знаете, просто этот вопрос отражает то, о чем, я думаю, мы должны очень хорошо знать, что это неприемлемо. И это означает, что у России есть сфера влияния. Они пытаются восстановить какое-то признание того, что Россия имеет право контролировать то, что делают или не делают соседи.

И это тот мир, в который мы не хотим возвращаться, где крупные державы имели право голоса или своего рода право ограничивать то, что могут делать суверенные, независимые государства. Я сам родом из маленькой страны, граничащей с Россией. И я очень рад, что наши союзники по НАТО никогда не уважали то, что Россия имеет право устанавливать сферу влияния на Севере, пытаясь решить, что Норвегия, как маленькая независимая страна, может делать или не делать.

И это точно то же самое для Украины. Украина — независимое, суверенное государство с международно признанными границами, гарантируемыми Россией и всеми другими державами. И эти границы, эти международно признанные границы должны уважаться. И это включает, конечно, Крым как часть Украины и Донбасс как часть Украины. Так что эта идея о том, что поддержка НАТО суверенной нации является провокацией, просто неверна. Это значит уважать суверенитет, волю украинского народа.

Поэтому я думаю, что это больше говорит о России, чем о НАТО. НАТО — это оборонительный союз. НАТО никому не угрожает, но НАТО уважает решение таких стран, как страны Балтии, Польша, когда они решили присоединиться. И мы также будем уважать решение Украины о том, что они стремятся к членству в НАТО. Мы заявили, что они станут членами, но, конечно, нам, 30 союзникам по НАТО, решать, когда Украина будет готова к членству, когда они будут соответствовать стандартам НАТО. Мы помогаем им на пути к членству с помощью реформ, поддержки, борьбы с коррупцией, создания институтов обороны и безопасности. И смысл в том, что только Украина и 30 союзников по НАТО решают, когда Украина готова вступить в НАТО. У России нет права вето. У России нет права голоса. И Россия не имеет права устанавливать сферу влияния, пытаясь контролировать своих соседей.

Надина Маличбегович («Аль-Джазира Балканы»): То, что мы видим в Боснии, — это не только сепаратистская риторика, как мы можем слышать от международных дипломатов. Есть конкретные действия, которые подрывают государственные институты. [Неразборчиво] насколько обеспокоены НАТО, ООН, США? Милорад Додик находится в России и просит Путина о большей поддержке его действий. Что он понимает, так это то, что если НАТО не придет в Боснию, у нас там будут российские войска. Российские СМИ уже говорят об этом варианте. Я хотел бы спросить вас, позволит ли это НАТО?

Генеральный секретарь НАТО: НАТО решительно поддерживает целостность Боснии и Герцеговины. У НАТО там своя история. Мы отправились в Боснию в 1990-х годах и положили конец жестокой этнической войне там. И с тех пор НАТО находится в Боснии, тесно сотрудничая с Европейским союзом. И мы действительно обсуждали это сегодня с нашими западноевропейскими партнерами, Швецией, Финляндией и Высоким представителем Джозепом Боррелем, важность продолжения тесного сотрудничества НАТО и ЕС в Боснии и Герцеговине.

Мы, конечно, обеспокоены очень агрессивной риторикой г-на Додика. И его подстрекательская риторика просто подрывает Дейтонское соглашение и усилия по созданию стабильной, многоэтнической Боснии и Герцеговины.

НАТО продолжит оказывать поддержку в наращивании потенциала и осуществлении реформ. И одним из немногих многоэтнических институтов в Боснии и Герцеговине являются вооруженные силы. И это история успеха НАТО. Потому что мы действительно помогли создать, обучить его как многонациональный институт. Все, что может подорвать это, конечно, мы сделаем все возможное, чтобы этого не произошло, потому что нам нужны многоэтнические институты, государственные институты, включая вооруженные силы. Поэтому мы будем сосредоточены и продолжим работать с Боснией и Герцеговиной.

Лорн Кук (AP): Генеральный секретарь, я надеюсь, что вы хорошо меня слышите. Лорн Кук из Ассошиэйтед Пресс. По Афганистану и докладу, который вы рассматривали вместе с министрами. Согласны ли вы с тем, что налогоплательщики, избиратели и сами афганцы должны на самом деле увидеть, какие уроки вы извлекли? Должно быть, в этом есть нечто большее, чем то, что вы сказали сегодня. Можете ли вы гарантировать, что этот отчет не будет разбавлен или он исчезнет, как это произошло с некоторыми докладами полевых командиров по Афганистану?

В более широком смысле, разве НАТО не нуждается в глубокой реформе? Вы, кажется, предполагаете, что это была жертва ползучей миссии, которую тащило международное сообщество? Насколько это полезно, когда одна страна-член принимает большинство решений, действительно важных, таких как увеличение численности войск, когда пришло время уходить, кто может участвовать в переговорах с Талибами, а затем другие следуют за ними и жалуются на это позже? Вам не кажется, что вам нужны более активные дебаты в Североатлантическом совете?

Генеральный секретарь НАТО: Прежде всего, у нас сегодня была очень хорошая дискуссия. И за последние недели и месяцы в НАТО у нас было много открытых и искренних дискуссий об уроках, извлеченных из Афганистана. Потому что я думаю, что чрезвычайно важно, чтобы после 20 лет, закончившихся миссией, подобной нашей в Афганистане, возникла абсолютная необходимость в честном и тщательном процессе усвоения уроков. И это именно то, что мы провели. В том числе путем приглашения внешних экспертов, путем приглашения всех союзников поделиться своим опытом. И были разные переживания, и разные взгляды. И это часть процесса извлечения уроков, чтобы провести это открытое и искреннее обсуждение в рамках Альянса.

Мы опубликуем основные выводы.

И затем, я думаю, мы также понимаем, что сам по себе процесс был важен. Потому что мы на самом деле использовали время, в том числе с внешними экспертами, чтобы попытаться понять, что прошло хорошо, чего мы достигли, и где мы не достигли наших целей.

И, как я уже сказал, мы должны помнить, что главной задачей, главной причиной, по которой мы отправились в Афганистан, была борьба с международным терроризмом. И в этом мы действительно многого добились. Мы смогли ослабить «Аль-Каиду» и другие террористические организации. После 11 сентября мы предотвратили любое террористическое нападение, организованное из Афганистана против наших стран, что было главной целью вторжения. И мы предотвратили превращение Афганистана в безопасное убежище для международных террористических организаций. И наша цель — сохранить эти достижения.

Затем, постепенно, и мы все несем ответственность за это, НАТО, отдельные союзники, моя собственная страна Норвегия, ООН, ЕС и все международное сообщество, мы несем ответственность за то, чтобы постепенно у нас появилась миссия. Потому что постепенно цель всей миссии перешла от борьбы с терроризмом, предотвращения превращения Афганистана в безопасное убежище для международных террористов, к государственному строительству.

И я понимаю это, потому что это тоже очень важная задача, но гораздо более сложная и требующая гораздо больше сил и ресурсов в течение длительного периода времени.

И там, конечно, несмотря на то, что мы добились некоторых успехов, которые нелегко обратить вспять, таких как, например, образование миллионов людей, не в последнюю очередь женщин. Возвращение талибов, конечно, стало крахом усилий по созданию демократического, стабильного Афганистана, основанного на правах человека.

Так что да, есть некоторые извлеченные уроки, по которым мы действительно можем сказать, что многого достигли. А затем есть несколько уроков, на которых мы не достигли поставленных целей, и один из них был связан с тем, что произошла постепенная ползучесть миссии.

Еще один урок заключается в том, что мы должны быть уверены, что, когда мы обучаем и наращиваем местный потенциал, мы позволяем этим силам быть самодостаточными и не полностью зависеть от нас. Поэтому, когда мы уйдем, они действительно смогут поддерживать свои собственные усилия и присутствие. И это будет чем-то… уроком, извлеченным для любой будущей операции НАТО по урегулированию кризисов.

Потому что еще один извлеченный урок заключается в том, что, конечно, НАТО должно быть снова готово к проведению крупных операций по борьбе с международным терроризмом. Как это делали союзники по НАТО и НАТО в борьбе с ИГИЛ в Ираке и Сирии. И мы не можем исключать, что это также будет необходимо для такого рода военного присутствия и в будущем.

Лайлума Садид (Утро в Брюсселе): Генеральный секретарь, Вы сказали, что за 20 лет из Афганистана не было [неразборчиво]. Кто может гарантировать, что в будущем не будет организовано ни одного нападения, потому что Талибы не смогли разорвать свои связи с Аль-Каидой, а также с сетью Хаккани.

И, во-вторых, ежедневно поступают сообщения об убийствах афганцев и членов ФСБ от рук талибов. Таким образом, вы оказали им постоянную поддержку. Разве НАТО не потерпело в этом неудачу? И большое вам спасибо.

Генеральный секретарь НАТО: НАТО будет продолжать привлекать режим Талибов к ответственности за то, что они обещали, в том числе в области прав человека, в отношении безопасного прохода. И мы продолжаем выводить людей из Афганистана. И, конечно, мы также продолжаем очень четко сообщать, что мы ожидаем, что они будут уважать то, что они обещали.

И я думаю, нам также нужно понять, что мы также были… Союзники по НАТО также ввели санкции. И это способ убедиться в том, что они выполняют свои обязательства, в том числе в области прав человека. Но нет никаких сомнений в том, что возвращение талибов стало серьезной неудачей. И это было душераздирающе для всех нас, кто поддерживал Афганистан на протяжении десятилетий. И это трагедия для афганского народа.

Но мое послание состояло в том, что основной, главной причиной вступления НАТО была борьба с международным терроризмом. И это достижение. На самом деле, цель состоит в том, чтобы сохранить его, частично привлекая талибов к ответственности, частично также будучи готовыми нанести удар на расстоянии, за горизонтом, если потребуется. И у союзников по НАТО есть такие возможности, если это необходимо.

Поэтому мы будем продолжать упорно трудиться, чтобы Афганистан вновь не стал безопасным убежищем, платформой, где террористические организации могут планировать, организовывать, обучать, финансировать крупные террористические атаки против наших собственных стран.

К нам присоединились наши близкие партнеры Финляндия и Швеция, а также Верховный представитель Европейского союза и заместитель председателя Европейской комиссии Боррель.

Хотя наши отношения с Россией остаются очень сложными, наша сегодняшняя встреча демонстрирует твердое согласие между союзниками и с нашими партнерами.

Несмотря на многолетнее давление и усилия по привлечению России к конструктивному диалогу, Россия усиливает свою модель репрессивного поведения внутри страны и агрессивного поведения за ее пределами.

Мы по-прежнему наблюдаем в России жестокое подавление политического инакомыслия.

И мы призываем к немедленному освобождению Алексея Навального и других участников мирных демонстраций, которые были арестованы.

За рубежом Россия осуществляет действия по подрыву и дестабилизации в соседних странах, включая Украину, Грузию и Республику Молдова. Она поддерживает репрессивные меры в Беларуси и пытается вмешиваться в регион Западных Балкан.

Россия продолжает широкомасштабное наращивание военной мощи. От Балтийского до Черного моря. На Ближнем Востоке и в Северной Африке. И от Средиземноморья до Арктики.

Страны НАТО указывали на осуществляемые Россией дезинформацию и пропаганду, попытки оказывать влияние на выборы, кибернападения и применение химического оружия против политических противников, как на своей, так и на нашей территории.

Реакция НАТО является твердой и последовательной.

В ответ на действия России НАТО осуществила крупнейшее за последнее поколение укрепление коллективной обороны.

Мы усилили нашу защиту от гибридных и кибернападений. Мы будем сохранять бдительность. И мы будем продолжать работать с ЕС и нашими близкими партнерами, чтобы обеспечить совместное реагирование на действия России.

Союзники согласны с тем, что мы должны продолжать пересматривать и адаптировать наши сдерживание и оборону. В том числе, когда речь идет о растущей российской ракетной угрозе.

Наш двойной подход сочетает в себе сильные сдерживание и оборону с открытостью к диалогу.

Все союзники сохраняют твердую приверженность контролю над ядерными вооружениями. И все союзники приветствуют недавнее решение о продлении действия Договора о СНВ. Это должно стать началом усилий по дальнейшему укреплению международного контроля над ядерными вооружениями.

НАТО имеет твердую и давнюю приверженность контролю над вооружениями, разоружению и нераспространению, и мы остаемся уникальной платформой для консультаций Европы и Северной Америки по будущему контроля над вооружениями. Потому что это помогает сохранить мир.

С этим я готов ответить на ваши вопросы.

(..)

Sabine Siebold (Reuters)

Господин Генеральный секретарь, у меня есть вопрос относительно Совета Россия-НАТО. Не могли бы вы сказать нам, ожидаете ли вы увидеть какое-либо заседание Совета в ближайшее время и каковы будут условия для того, чтобы совет снова собрался?

Генеральный секретарь Йенс Столтенберг

(..) Совет Россия-НАТО — это площадка для диалога между всеми странами, входящими в него, 30 союзниками и Россией. И мы смогли созвать совет 10 раз с 2016 года, с лета 2016 года.

Но с лета 2019 года никаких заседаний Совета Россия-НАТО не проводилось. И это потому, что Россия не ответила положительно на наше приглашение созвать Совет Россия-НАТО. Я сожалею об этом, потому что считаю, что диалог важен, особенно в такие трудные времена, как сейчас, тогда важно, чтобы мы сели, обсудили также трудные вопросы. Я верю в диалог с Россией отчасти для того, чтобы стремиться к лучшим отношениям с Россией. Но даже без улучшения отношений между союзниками по НАТО и Россией, я считаю, что, по крайней мере, мы должны управлять сложными отношениями в области транспарентности, снижения рисков, а также решения вопросов контроля над вооружениями.

Поэтому мы будем продолжать работать на диалог с Россией. (..)

Thomas Gutschker (FAZ)

Генеральный секретарь, у меня есть вопрос по Китаю. На этой неделе Европейский союз ввел против Китая санкции в области прав человека — впервые после резни на площади Тяньаньмэнь в 1989 году. И эти меры были зеркально отражены США, Канадой и Великобританией, так что почти все союзники по НАТО приняли в этом участие. Конечно, это не была акция НАТО. Но есть ли у НАТО свое мнение на этот счет? Это мой первый вопрос. И вообще, считаете ли вы Китай стратегическим соперником, как выразился ЕС? Спасибо.

Генеральный секретарь Йенс Столтенберг

Cоюзники по НАТО поддержали эти санкции по-разному, потому что многие из них являются членами Европейского Союза, другие союзники тоже поддержали и ввели санкции, как, например, Соединенные Штаты. Таким образом, НАТО, как институт, не принимала формального решения, но союзники по НАТО поддерживают санкции и фактически сами вводят санкции как отдельные страны или через Европейский союз.

Но важно то, что мы должны принимать во внимание, когда мы сейчас адаптируемся и адаптируем НАТО к более сложной обстановке безопасности, последствия для безопасности подъема Китая. Мы не рассматриваем Китай как противника. Но, конечно, подъем Китая имеет прямые последствия для нашей безопасности. У них скоро будет самая большая экономика в мире, у них уже второй по величине оборонный бюджет, они вкладывают большие средства в новые современные военные возможности, в том числе ядерные, они модернизируют свои вооруженные силы, и мы также видим, что Китай — это страна, которая использовала принуждение против соседей в регионе, мы видим их поведение в Южно-Китайском море. И, возможно, самое главное, Китай — это страна, которая не разделяет наших ценностей. Мы видим это по тому, как они справляются с демократическими протестами в Гонконге, как они подавляют меньшинства в своей собственной стране, уйгуров, а также как они на самом деле пытаются подорвать международный порядок, основанный на правилах. Итак, одна из проблем, с которой мы сталкиваемся сейчас, когда у нас есть этот перспективный процесс с НАТО 2030, заключается в том, как укрепить и как более тесно сотрудничать в качестве союзников, реагируя на подъем Китая.

Dan Michaels (Wall Street Journal)

Господин госсекретарь, в ваших дискуссиях о России сегодня поднимался вопрос о «Северном потоке-2″? И в более широком смысле, учитывая очень открытые разногласия между двумя вашими крупнейшими членами, играете ли вы какую-то роль в переговорах по этому вопросу и как вы видите это с точки зрения НАТО?

Генеральный секретарь Йенс Столтенберг

Во-первых, то, что я сегодня увидел, — это очень высокая степень согласия и единства в том, как вести себя с Россией, как оценивать и реагировать на агрессивные действия России в киберпространстве, на то, как они нарушают международное право, как Россия наращивает военную мощь, в том числе путем развертывания нового ядерного оружия, в том числе оружия, которое привело к распаду Договора о РСМД. Так что это было послание единства не только между союзниками по НАТО, но и между союзниками по НАТО и нашими близкими партнерами — Европейским Союзом, Финляндией и Швецией. Вы правы, что в вопросе «Северного потока-2″ есть разногласия, и нет никаких причин скрывать это, потому что это открыто для общественности.

Разногласия между союзниками по НАТО есть, и я думаю, что НАТО — это платформа, где мы также можем решать и обсуждать эти вопросы, (..) вопрос о Северном потоке-2 был поднят в течение этих двух дней, и я думаю, что когда мы видим разные взгляды среди союзников по таким вопросам, как Северный поток-2, то НАТО, по крайней мере, — это платформа для того, чтобы собрать этих союзников вместе, а затем сесть и обсудить их.

Юрки Карвинен, финские СМИ

Генеральный секретарь, мой вопрос касается партнеров, партнерств. Мы следим за развитием событий с 1994 года, и мой вопрос, особенно по ситуации с партнерами, Швецией, Финляндией, а затем и Украиной. Видите ли (..) какое-то новое развитие событий с партнерами по этому партнерству в НАТО?

Генеральный секретарь Йенс Столтенберг

Мы очень высоко ценим очень тесное сотрудничество НАТО с партнерами, в том числе с Финляндией и Швецией, они оба присоединились к нам на сегодняшней встрече.

Финляндия является важным партнером во многих сферах, (..) Финляндия вносит свой вклад в миссии и операции НАТО, мы проводим учения вместе с Финляндией, у нас есть различные соглашения с Финляндией, и все это вместе делает это очень прочным партнерством, и у нас есть то, что мы называем расширенными возможностями партнерства с Финляндией. Мы, как я уже сказал, тоже тренируемся вместе с Финляндией. Они участвуют, например, в нашем упражнении » Trident Juncture»(..). Финляндия — это граница, имеющаяся у Финляндии с Россией, которая фактически длиннее, чем объединенная граница с Россией всех союзников по НАТО вместе взятых. Таким образом, Финляндия также важна именно из-за своего расположения в Балтийском или Скандинавско-Балтийском регионе, и Финляндия является важным партнером также в том, как мы ведем дискуссии и как мы обращаемся к России, как мы это делали на сегодняшней встрече.

Данила Гальперович (Русская служба Голоса Америки)

Я хотел бы задать вопрос, нужно ли предпринимать какие-то конкретные усилия в связи с видимой угрозой применения химического оружия со стороны России, которая не была ясна до отравления Скрипаля и Навального. И еще один вопрос: мы видим, что российская военная разведка очень сильно вовлечена в политические процессы и политическое вмешательство в Европе и США. Опять же, предпринимает ли НАТО какие-либо конкретные действия в связи с этим (..)?

Генеральный секретарь Йенс Столтенберг

Ну, мы видим, что Россия несет ответственность за агрессивные действия в киберпространстве, мы видели применение химического нервнопаралитического вещества против диссидента Алексея Навального, а также видели, что оно было использовано на территории НАТО, в Солсбери. И это часть модели, которую мы наблюдали на протяжении многих лет, и НАТО и союзники по НАТО также, конечно, реагируют, частично укрепляя нашу разведку, обмениваясь разведданными и более тесно работая в сфере разведки. Отчасти за счет укрепления нашей киберзащиты, что является ключевым вопросом для НАТО и союзников по НАТО. А также посылая очень четкие политические послания, как мы делали это снова и снова. Например, призыв к независимому, беспристрастному расследованию дела Навального, а также к немедленному освобождению Алексея Навального и других арестованных мирных демонстрантов. Так что это ясный сигнал, который был повторен также и на сегодняшнем заседании, и сила в том, что мы говорим в один голос с 30 союзниками, но теперь также вместе с Финляндией, Швецией и Европейским Союзом.

Brooks Tigner (Jane’s Defence Weekly)

Здравствуйте, господин Столтенберг, вчера вы сказали нам, что хотите увеличить общее финансирование сдерживания и расходов на оборону, и это хорошая идея.

Поэтому я хотел спросить вас об этом, но не о суммах, потому что мы знаем, что это все еще обсуждается, а о том, как эти деньги могут быть потрачены и как это будет решено. Например, правила принятия решений НАТО в отношении общего финансирования, как мы все знаем, являются жесткими и медленными, они подлежат многократному рассмотрению комитетом и, что самое важное, единогласному голосованию среди союзников.

Так что мой вопрос к вам, очень конкретный. Считаете ли вы, что эти процедуры утверждения расходов общего фонда должны быть серьезно реформированы для того, чтобы расходовать, ускорять расходы на оборону и сдерживание? И если вы действительно так думаете, то предложите ли вы это на саммите? Спасибо.

Генеральный секретарь Йенс Столтенберг

Во-первых, общее финансирование — это одно из нескольких предложений, которые сейчас обсуждаются в рамках повестки дня НАТО на период до 2030 года, и в течение последних двух дней у нас были очень позитивные и очень хорошие дискуссии по инициативе НАТО на период до 2030 года. И я полностью уверен, что когда наши главы государств и правительств встретятся позже в этом году, они согласуют перспективную амбициозную повестку дня о том, как сделать НАТО перспективным и как продолжать адаптировать самый успешный альянс в истории, чтобы стать еще сильнее и еще более способным справляться с широким спектром угроз и вызовов.

И я также уверен в этом, потому что, когда мы вчера обсуждали НАТО-2030, я также ощутил очень широкую поддержку идеи о том, что нам нужно согласовать предметные и конкретные меры, когда речь идет, например, о том, как сохранить наше технологическое превосходство, как обеспечить, чтобы мы реагировали на вызовы безопасности или последствия изменения климата, как сделать так, чтобы мы активизировались и были более конкретными, когда речь идет о сопротивляемости, чтобы у нас была надежная инфраструктура, телекоммуникации, энергетические сети. И как мы можем активизировать и работать еще более тесно с партнерами, как в нашем соседстве, так и в Азиатско-Тихоокеанском регионе, также для решения проблемы подъема Китая. Мы работаем с демократиями-единомышленниками, чтобы защитить порядок, основанный на правилах, и, конечно же, также над усилением политических консультаций внутри Альянса, чтобы усилить политическое измерение.

Чтобы сделать все это и многое другое, нам нужно больше ресурсов. И именно по этой причине я предложил увеличить общее финансирование. В НАТО есть разные бюджеты, есть гражданский бюджет, инвестиционный бюджет и военный бюджет. Я думаю, что сейчас самое важное — это согласиться с тем, что нам нужно больше ресурсов, чтобы сделать больше, а затем я думаю, что нам нужно вернуться как к точным суммам, так и к любым конкретным деталям того, как мы принимаем решения.

Консенсус всегда будет основой для принятия решений в НАТО, но я уверен и воодушевлен решительной поддержкой повестки дня НАТО на период до 2030 года, а также наличием амбициозного перспективного соглашения, когда главы государств и правительств встретятся позже в этом году.

Steven Erlanger (NYT)

Учитывая вашу дискуссию о России, англичане только что опубликовали интегративный обзор и военную белую книгу амбициозных целей и скромных ресурсов, и теперь у них будет армия всего в 72 000 человек, самая малочисленная за последние 200 лет, конечно, меньше, чем при Ватерлоо, и они собираются вступить на путь длительных перемен, чтобы стать силой другого рода. Та ли эта Великобритания, которую хочет НАТО, она раньше не хотела этого от Великобритании, она хотела больше сухопутных сил, или это та Великобритания, с которой НАТО придется жить? И будет ли этот длительный переход создавать уязвимости, учитывая новые угрозы со стороны России, которые вы только что упомянули? Спасибо.

Генеральный секретарь Йенс Столтенберг

Великобритания является ведущим союзником НАТО, и у нее есть полный спектр оборонных, обычных ядерных, кибернетических и многих других возможностей во всех областях. Во-вторых, Великобритания является одним из союзников, которые тратят сейчас более 2% и фактически значительно увеличивают расходы на оборону, превышая 2%. Я говорил с премьер-министром Джонсоном в начале этой недели, я также говорил с министром обороны Уоллесом и министром иностранных дел Домиником Раабом, и все они передают один и тот же сигнал о том, что Соединенное Королевство действительно привержено и готово не только продолжать быть сильным и надежным союзником НАТО, но и делать больше. На суше, на море, в воздухе, в киберпространстве и обеспечивая более продвинутые возможности для НАТО.

Я приветствую эту значительную модернизацию. Я приветствую увеличение инвестиций. Я также приветствую тот факт, что союзники по НАТО и Соединенное Королевство работают более тесно вместе, когда речь заходит о том, что мы называем целями потенциала, определяя, какие виды потенциала должны предоставить различные союзники, а также Соединенное Королевство. Таким образом, я на самом деле воодушевлен комплексным обзором и сообщениями, исходящими из Соединенного Королевства, потому что он демонстрирует желание сделать шаг вперед и сделать еще больше.

И вот что мы видим. Я думаю, что любое сравнение с Ватерлоо абсолютно бессмысленно, потому что оборудование и вклад, который вносят солдаты сегодня, совершенно другие. Поэтому я действительно чувствую, что Соединенное Королевство продемонстрировало не только на словах, но и на деле приверженность быть сильным союзником с современными чрезвычайно важными возможностями для наших нужд.

Ansgar Haase (DPA)

Генеральный секретарь. Польша поставит более 3000 доз вакцины AstraZeneca для вакцинации всего персонала Штаб-квартиры НАТО в ближайшие дни. Скажите, пожалуйста, почему вы приняли предложение Польши предоставить эти вакцины, несмотря на то, что это решение может поставить под угрозу жизнь людей в Польше, которые до сих пор не вакцинированы? И не могли бы вы также сказать нам, почему эти вакцины не предоставляются странами, которые уже вакцинировали большую часть своего населения, такими как Великобритания или Соединенные Штаты. Спасибо.

Генеральный секретарь Йенс Столтенберг

Поэтому я приветствую решение Польши предоставить вакцины сотрудникам НАТО здесь, в штаб-квартире НАТО. Я думаю, что это свидетельствует о приверженности Польши НАТО. Это выражение солидарности и жизнестойкости, а солидарность и жизнестойкость лежат в основе нашего альянса. И это, конечно, поможет нам в нашей работе здесь, в штаб-квартире НАТО. Но, конечно, это польское решение. Я приветствую это решение, и мы с нетерпением ожидаем начала иммунизации персонала здесь, в штаб-квартире.

(..)

Mark Carlson (AP)

Господин Генеральный секретарь, вы просили США проявить солидарность по статье 5 и экспортировать вакцины своим союзникам?

Генеральный секретарь Йенс Столтенберг

Существует диалог между союзниками по вакцинам. НАТО не обратилось с каким-либо официальным запросом к союзникам, что тоже касается экспорта вакцин, потому что это вопрос, который решается на двусторонней основе или обсуждается, например, с Европейским Союзом. Что я приветствую, так это то, что я видел во всех странах-союзниках, что во всем НАТО наши вооруженные силы помогают и поддерживают гражданские усилия по борьбе с пандемией. В Соединенных Штатах, Канаде, по всей Европе мы видели, как вооруженные силы помогали создавать военно-полевые госпитали, предоставляли транспортное оборудование, медицинский персонал, а также помогали поддерживать внедрение вакцины. НАТО координирует некоторые из этих усилий. (..) Но когда речь заходит об экспорте и импорте вакцин, это не тот вопрос, который обсуждался в рамках НАТО.

Мы только что завершили встречу, фокусированную на сдерживание и оборону НАТО.

А также на наших миссиях и операциях.

COVID-19 не означает, что остальные вызовы исчезли.

Государственные и негосударственные субъекты продолжают свои попытки дестабилизировать, подорвать и разъединить союзников.

Поэтому работа НАТО – оставаться готовой защитить всех союзников от любых угроз.

Сегодня мы говорили об обширном и растущем российском арсенале ракет, обладающих ядерным потенциалом.

И влиянии его на безопасность НАТО.

Размещение в прошлом году Россией ракет привело к распаду Договора о ядерных вооружениях средней дальности.

Ракеты двоякого назначения SSC-8 мобильны и трудно обнаружаемы. Они могут поразить города Европы с малым временем предупреждения. И они снижают порог применения ядерного оружия.

Россия также модернизирует свои межконтинентальные баллистические ракеты. (..)

Россия провела испытания своей системы баллистических ракет воздушного базирования. И разрабатывает крылатую ракету с ядерным двигателем. Мы также наблюдаем на протяжении многих лет безответственную российскую ядерную риторику, направленную на запугивание и угрозу союзникам по НАТО.

Поведение России является дестабилизирующим и опасным.

На нашей сегодняшней встрече министры обсудили эти вызовы и утвердили сбалансированный пакет, состоящий из политических и военных элементов.

Это включает укрепление нашей интегрированной противовоздушной и противоракетной обороны.

Ряд союзников сообщили о покупке новых противовоздушных и противоракетных систем, в том числе батарей Patriot  и SAMP/T.

Мы также договорилась об укреплении нашего модернизированного конвенциального потенциала.

Союзники инвестируют в эти новые платформы, в том числе в покупку истребителей пятого поколения.

И мы также адаптируем нашу разведывательную деятельность и наши упражнения.

Министры также встретились в формате Группы ядерного планирования.

Договоренности НАТО о ядерном обмене хорошо служили нам на протяжении десятилетий. Это позволит нам выработать общую позицию по ядерным вопросам.

Ядерное сдерживание НАТО в Европе остаётся жизненно важным для мира и свободы в Европе, и сегодня мы договорились о дополнительных шагах, направленных на поддержание ядерного сдерживания НАТО безопасным, надёжным и эффективным.

Мы будем сохранять наше сдерживание и оборону, но мы не будет зеркально отражать действия России.

У нас нет намерения размещать новые наземно-базируемые ядерные ракеты в Европе.

НАТО имеет большой послужной список в области контроля над вооружениями, разоружения и нераспространения. НАТО сократило свой ядерный арсенал в Европе на 90 процентов с момента окончания Холодной войны.

Но и другие теперь должны участвовать.

Как крупная военная держава, Китай также несет большую ответственность. Поэтому Китаю, как растущей мировой державе, давно пора принять участие в глобальном контроле над вооружениями.

Мы также обсудили миссии и операции НАТО, включая в Афганистане и Ираке. Союзники подтвердили свою твёрдую приверженность долгосрочной безопасности Афганистана. Эта приверженность жизненно важна для обеспечения продолжения продвижения мирного процесса.

Для поддержки мирного процесса мы корректируем наше присутствие в Афганистане.

И мы будем рассматривать дальнейшие коррекции военного присутствия в тесной координации с союзниками.

Талибы должны выполнить свои обязательства, принять участие во внутриафганских переговорах и пойти на реальные компромиссы для достижения прочного мира.

В Ираке силы безопасности добились огромных успехов. ИГИЛ также попыталось использовать пандемию COVID-19. Поэтому, когда я говорил с новым премьер-министром аль-Кадими в прошлом месяце, я подчеркнул, что НАТО по-прежнему привержено сотрудничеству с Ираком в борьбе с международным терроризмом.

Чтобы обеспечить, что ИГИЛ не вернется.

Сегодня союзники подтвердили свою приверженность наращиванию наших усилий в Ираке. В полной консультации с иракским правительством и глобальной коалицией.

Как Афганистан, так и Ирак запросили помощь НАТО в борьбе с пандемией COVID-19. И обе страны получили помощь от союзников НАТО, включая критические медицинские принадлежности.

Таким образом наши партнёры могут полагаться на нас не только в борьбе с терроризмом, но и в борьбе с пандемией.

Я также обсудил с министрами моё осмысление по НАТО 2030. О поддержании нашего альянса сильным в военном отношении, усилении его в политическом плане и делая его более глобальным.

Завтра мы примем следующие важные решения по обеспечению готовности НАТО к возможной второй волне COVID-19.

С новым оперативным планом. Склад медицинского оборудования. И финансирование для быстрого приобретения медикаментов.

(..)

Thomas Gutschker [Frankfurter Allgemeine Zeitung]: (..) Это вопрос о сдерживании. В последние годы одной из главных проблем для НАТО, а также для стран-партнеров стало то, что Россия смогла претендовать на доминирование в эскалации конфликтов. В какой степени принятые вами сегодня решения по сдерживанию могут и будут противостоять этому эскалационному доминированию России?

Jens Stoltenberg: НАТО не хочет новой гонки вооружений. Мы не хотим зеркально отражать, то, что делает Россия, и у нас нет никаких намерений размещать новые наземно-базируемые ядерные ракеты в Европе. Тем не менее, конечно, НАТО реагирует на то, что мы видим, когда мы видим, что Россия вкладывает значительные средства в новые, современные возможности, обновление и модернизацию систем ядерного оружия, и особенно когда речь заходит обо всех новых, различных ракетных системах, которые они развертывают или которые находятся в процессе разработки.

НАТО имеет потенциал и силу для защиты всех союзников от любых угроз. Мы готовы и способны это сделать. И мы повысили готовность наших сил в последние годы. Мы разместили боевые группы в восточной части альянса, в Балтийских странах и Польше. Мы усилили наше присутствие в регионе Чёрного моря. И мы модернизировали составляющие нашей обороны, модернизировали и адаптировали нашу командную структуру. Мы также наблюдаем тот факт, что союзники НАТО теперь больше инвестируют в оборону. Союзники НАТО также приобретают больше вооружений и более широкого спектра, включая противовоздушную оборону, воздушные суда пятого поколения, инвестируют в военно-морской потенциал и также модернизируют свою кибер-оборону.

Так что главный вопрос в том, что НАТО адаптируется, потому что меняется среда безопасности. Частью этих перемен является более агрессивное поведение России и ее инвестиции в новые военные возможности. И поэтому мы адаптируемся, чтобы быть уверенными в том, что мы сохраняем готовность, сдерживание и оборону, которые являются краеугольным камнем нашей коллективной безопасности.

Lorne Cook [Associated Press]: (..). . Мне интересно, кто будет платить за эти меры, на самом деле. Мы вступаем в огромную рецессию. Многие тысячи людей потеряли работу из-за COVID-19. И почему граждане должны вкладывать деньги в НАТО, когда его крупнейший член подрывает ваш авторитет, повышая напряженность в отношениях с союзниками? Еще один быстрый вопрос, который я хотел задать . . . добавим, что ЕС надеется получить некоторую помощь от НАТО в проведении операции «Ирини». Но я понимаю, что не все с энтузиазмом относятся к НАТО. Какого рода ответа должен ожидать ЕС?

Jens Stoltenberg: Итак, прежде всего есть различия между союзниками НАТО, и иногда мы наблюдаем также разногласия. В этом нет ничего нового. Так было на протяжении десятилетний. Как было со времен Суэцкого кризиса в 1956 году и до войны в Ираке в 2003 году. Но сила НАТО, которая делает НАТО самым успешным альянсом в истории, заключается в том, что мы всегда были в состоянии преодолеть эти различия и объединиться вокруг нашей основной задачи — защищать и оборонять друг друга, потому что вместе нам безопаснее, чем порознь. И это именно то, что вы видите сегодня. Я не отрицаю, что существуют разногласия по различным вопросам, начиная с торговли, а также по разделению бремени расходов и другим вопросам.

Но то, что я говорю, если вы смотрите на реальность — Северная Америка и Европа делают вместе больше, чем делали в течение многих, многих лет. И Северная Америка и Европа вместе инвестируют в оборону больше, чем в течение многих лет. Больше упражнений, больше передового размещения вооружений. Мы имеем многонациональные боевые группы в восточной части альянса, то, чего мы никогда раньше не имели, боеспособные боевые группы размещены, которыми руководят Соединённые Штаты, Канада, Соединённое Королевство и Германия. И, кроме того, вклады многих, многих союзников.

Я не отрицаю, что есть вызовы и проблемы, мы обсудили некоторые из них во время встречи сегодня. Но то, о чём я говорю, что, когда вы смотрите на то, что мы делаем на самом деле, мы доказываем, что, как и прежде, как мы делали это много раз, мы способны в некотором роде преодолеть разногласия и затем выполнить нашу основную задачу — сдерживание и оборону.

Мы приняли решения сегодня о том, как в дальнейшем укреплять наше сдерживание и оборону в ответ на новые российские ракеты. Как я уже упоминал, противовоздушная и противоракетная оборона — многие союзники сейчас вкладывают в эти важные средства. Современные обычные вооружения — союзники тоже вкладывают в эти важные средства. А затем — разведывательные учения, но и, конечно, политические инициативы, связанные с контролем над вооружениями, потому что мы не хотим новой гонки вооружений.

Итак, идея в целом … основная идея НАТО заключается в том, что, когда мы работаем вместе, это приносит пользу всем союзникам, как Северной Америке, так и Европе.

Когда речь заходит о платежах, я, конечно, понимаю, что кризис COVID-19, пандемия, создает серьезные экономические проблемы для многих союзников. В то же время мы видели, что деятельность военных была очень полезна, оказала значительную поддержку гражданским усилиям, направленным на борьбу с пандемией. Так что, если уж на то пошло, эта ситуация доказала, что военный потенциал полезен не только для борьбы с угрозами безопасности, но и для оказания поддержки гражданским усилиям по преодолению кризиса в области здравоохранения. И тогда, конечно, фундаментальной проблемой остается то, что (..) пандемия COVID-19 (..) не означает, что другие угрозы и вызовы исчезли или уменьшились. Они все еще там. Поэтому мы не можем позволить себе роскошь решать проблемы здравоохранения или безопасности. Мы должны быть готовы и к тому, и к другому. И именно поэтому НАТО обновляет, модернизирует и адаптирует наше сдерживание и оборону, в том числе реагируя на новые российские ракеты.

Wojcheh Cegielski [Polish Radio]: (..) Хотел бы вернуться к вопросу об участии США в Европе. Вчера на пресс-конференции, Генеральный секретарь, вы упомянули, что есть вероятность, что этот вопрос также будет поднят в ходе заседания . . . на этой видеоконференции. Итак, была ли у вас возможность услышать некоторые объяснения от американской стороны о сокращении численности войск в Германии? Если да, то какие объяснения вы слышали от Министерства обороны? И что также связано, я думаю, с этим вопросом участия США в Европе — собирается ли Белый дом официально подтвердить встречу польского президента с президентом Трампом на следующей неделе в Вашингтоне в Белом доме, которая должна стать заключительным этапом завершения ввода дополнительных американских войск в Польшу. Вас уведомили о встрече с президентом США и Польши в Вашингтоне? (..)

Jens Stoltenberg: Во время нашей сегодняшней министерской встречи мы говорили и обсуждали присутствие США в Европе. Госсекретарь Эспер и несколько других союзников обратились к этому вопросу. И Эспер, конечно же, проинформировал нас о ходе обсуждений в Соединенных Штатах. И союзники обсудили заявление Соединенных Штатов о намерении сократить военное присутствие США в Германии.

У нас была хорошая дискуссия, и госсекретарь Эспер очень решительно заявил, что, конечно, США остаются приверженными европейской безопасности, и Соединенные Штаты будут консультироваться с другими союзниками по мере нашего продвижения вперед. Потому что, конечно, присутствие США в Европе имеет значение для всего Альянса. Присутствие США в Германии — это, конечно, двусторонний вопрос между Соединенными Штатами и Германией. Но в то же время это вопрос, который важен для всех союзников.

Поэтому мы обсуждали это сегодня на министерском совещании. Окончательное решение о том, как и когда будет реализовано намерение США, еще не принято. И, конечно же, присутствие США в Европе выходит за рамки Германии. Конечно, Германия — это место, где мы как сегодня, так и исторически, имели значительное присутствие. Но то, что мы видели в последние годы, на самом деле означает, что Соединенные Штаты увеличили свое присутствие по всей Европе, а также в других странах, в том числе в странах Балтии, в Польше, в Черноморском регионе. У нас больше американских учений, у нас сейчас идут BALTOPS, где примерно половина войск — это американские войска. И у нас также, например, в моей собственной стране, Норвегии, больше американских морских пехотинцев, чем когда-либо прежде.

Таким образом, США не сократили, а фактически за последние годы увеличили свое присутствие в Европе. Но это было скорректировано, и характер и состав сил с течением времени изменились. И мы также видим, например, объект противоракетной обороны в Румынии и новые корабли, базирующиеся или развернутые на военно-морской базе в Роте.

Одной из стран, где мы наблюдаем увеличение американского присутствия, является Польша. США сейчас возглавляют боеспособную боевую группу, развернутую в Польше. И это многонациональная боевая группа НАТО, с американскими войсками и американскими силами, американскими возможностями, но и другие союзники вносят свой вклад в это.

И не мне комментировать или объявлять что-либо о встречах глав государств и правительств в странах-членах НАТО. Я думаю, что должен оставить это им (..). Но что я могу сказать, так это то, что США и Польша, имея постоянные консультации с НАТО, со мной, решили увеличить присутствие в Польше. И это решение было принято некоторое время назад. (..)

И я приветствую тот факт, что госсекретарь Эспер на сегодняшней встрече с министрами обороны НАТО так ясно дал понять, как о приверженности США, так и о том, что США будут консультироваться с союзниками по НАТО относительно дальнейшего продвижения вперед.

 (..)

Встреча министров обороны стран НАТО состоялась 17-18-го июня в формате видеоконференции. На двухдневной встрече министры обсудили планы на случай второй волны коронавируса, а также другие ключевые вопросы, такие как устойчивость, миссии и операции, оборона и сдерживание.

Мы обсудили текущую напряжённость на Ближнем Востоке и её влияние на тренировочную миссию НАТО в Ираке. НАТО и все союзники НАТО участвуют в Глобальной коалиции по борьбе с ИГИЛ. И миссия НАТО в Ираке является важным вкладом в усилия Коалиции.

По приглашению Иракского правительства мы помогаем тренировать вооружённые силы и предотвратить возвращение ИГИЛ.

На нашей сегодняшней встрече союзники выразили свою твёрдую поддержку борьбе с ИГИЛ и миссии НАТО в Ираке.

Во всём, что мы делаем, безопасность нашего персонала имеет первостепенное значение. Поэтому мы временно прекратили наши тренировки на местах. И мы принимаем все необходимые меры для защиты нашего персонала.

Мы внимательно следим за развитием ситуации. И мы остаёмся в тесном контакте с Иракскими властями.

НАТО готовиться продолжить наши тренировки и наращивание потенциала, как только позволит ситуация. Мы по-прежнему твёрдо привержены борьбе с международным терроризмом.

На нашей сегодняшней встрече Соединенные Штаты также проинформировали о ситуации в регионе после недавних нападений на коалиционные силы в Ираке и удара по генералу Солеймани.

В течение многих лет все союзники выражали обеспокоенность относительно дестабилизирующий действий Ирана в регионе Ближнего Востока.

Мы согласны с тем, что Иран никогда не должен приобрести ядерное оружие. Мы разделяем обеспокоенность относительно осуществляемых Ираном тестов ракет.

И мы едины в осуждении поддержки, которую Иран оказывает различным террористическим группировкам. Мы недавно стали свидетелями эскалации со стороны Ирана, включая атаку на Саудовский энергетической объект и сбитый американский беспилотник.

На нашей сегодняшней встрече союзники призвали к сдержанности и деэскалации.

Новый конфликт не будет ни в чьих интересах. Поэтому Иран должен воздержаться от дальнейшего насилия и провокаций.

***

Teri Shultz: Господин Генеральный секретарь, не упоминал ли кто-нибудь из союзников конкретно о том, что они хотели бы сдержанности и со стороны Соединенных Штатов? И когда иракский парламент говорит, что он собирается выгнать все иностранные силы, если это произойдет, значит ли это? . . верите ли вы в то, что примерно 500 военнослужащих НАТО покинут страну, или вы попросите специального разрешения остаться в Ираке? Спасибо. Jens Stoltenberg: На нашей сегодняшней встрече все союзники выразили очень твёрдую поддержку тренировочной миссии НАТО в Ираке, поскольку тренировочная миссия  в Ираке является важной частью усилий Глобальной коалиции по разгрому ДАИШ и обеспечению того, чтобы ДАИШ или ИГИЛ не смог вернуться.

Одним из наилучших орудий, которое мы имеем в борьбе с международным терроризмом, являются тренировка местных сил, наращивание локальной мощи, и это именно то, чем занимается Коалиция и то, что делает НАТО посредством тренировочной миссии в Ираке. Мы находимся там по приглашению Иракских властей.

Мы сейчас приостановили нашу тренировочную миссию из-за ситуации безопасности на местах. Но мы готовы возобновить тренировки, когда ситуация на местах позволит. Мы находимся в тесном контакте с иракскими властями, с правительством Ирака. И иракские власти, и премьер-министр Ирака подчеркнули важность поддержки НАТО. Поддержка, оказываемая НАТО и Коалицией Иракским силам безопасности, важна для Ирака, но она также важна для нас, поскольку когда мы их тренируем и помогаем бороться с ИГИЛ и международным терроризмом, мы также обеспечиваем большую безопасность для наших собственных стран.

Я не буду больше спекулировать, как именно мы продолжим. . . чтобы работать в тесном контакте. . . иметь тесный диалог с Иракским правительством. И я твёрдо уверен в том, что Тренировочная миссия НАТО полезна как для Ирака, так и для союзников НАТО. И мы там находимся по приглашению правительства Ирака. То, что было ясно выражено на сегодняшней встрече — это призыв у сдержанности и деэскалации.

Все союзники многократно выражали свою обеспокоенность по поводу дестабилизирующей деятельности Ирана в регионе, включая поддержку, оказываемую Ираном различным террористическим группировкам. И, разумеется, все союзники согласны с тем, что Иран никогда не должен иметь возможность создать ядерное оружие. Мы также снова и снова будет высказывать свою озабоченность относительно иранской ракетной программы: ракет, которые будут способны также достичь территории многих союзных европейских стран.

Вопрос [TV 2]: Может ли Иран принять ответные меры таким образом, чтобы Соединенные Штаты инициировали статью 5? Как тогда отреагирует НАТО?

Jens Stoltenberg: Я думаю, что сейчас важно действительно попытаться де-эскалировать и избежать дальнейшего нарастания . . . напряжённость в регионе. И я думаю, если я начну спекулировать относительно того, как мы будем реагировать, это не поможет де-эскалации, это приведёт к противоположному результату. Мы верим в важность де-эскалации и сдержанности. И это был четкий сигнал от всех союзников на сегодняшней встрече. Я не буду спекулировать, потому что это действительно будет способствовать обратному. Это только усилит напряженность.

Philip Lote [NRK]: NRK, норвежское вещание. Была ли критика США со стороны европейских союзников . . . во время встречи, связанная с убийством генерала Солеймани, и каково Ваше мнение, Генеральный секретарь об убийстве генерала Солеймани?

Jens Stoltenberg: Встреча, которую мы провели сегодня, была встреча, на которой мы видели очень сильное единство союзников по вопросу важности совместной борьбы с международным терроризмом, важности тренировочной миссии НАТО в Ираке, важности тренировочной деятельности и усилий Глобальной коалиции по разгрому ИГИЛ.

Все союзники НАТО и НАТО являются частью Глобальной коалиции. НАТО вносит вклад в Глобальную коалицию различными путями, включая присутствие вооружённых сил в Ираке. И снова, союзники НАТО крайне обеспокоены действиями Ирана в регионе. И союзники НАТО осуждают и многократно осуждали атаки на силы Коалиции со стороны группировок, которые поддерживает Иран. И эта критика, эта позиция была подтверждена многими союзниками на сегодняшнем заседании.

Philip Lote: Вам понятно убийство Солейиани, генерала Солеймани?

Jens Stoltenberg: Это решение США. Это не было решением, принятым Глобальной коалицией или НАТО. Но все союзники обеспокоены дестабилизирующей деятельностью Ирана в регионе, Иран поддерживает различные террористические группировки. И, разумеется, мы крайне обеспокоены недавними атаками на саудовский гражданский энергетической объект, свидетелями которых мы стали, или атакам, направленными против баз Коалиции в Ираке – баз которые имеют важность в наших усилиях по борьбе с международным терроризмом в Ираке и Сирии.

Michael [DPA]: Привет, это Майкл из немецкого информационного агентства. Вы только что сказали, Мистер Генсек, что США проинформировали об авиаударе по Солеймани. США оправдали это убийство тем, что Солеймани разработал планы нападения на американских дипломатов. Они показывают . . . предоставили ли сегодня США какие-то доказательства этого?

Jens Stoltenberg: США предоставили обоснование действиям против генерала Солеймани. И у нас было несколько докладчиков из Соединенных Штатов, из правительства и из Пентагона, и они проинформировали и объяснили другим союзникам, почему они предприняли эти действия против генерала Солеймани. Я не буду вдаваться в подробности этого брифинга. Я оставлю это на усмотрение Соединенных Штатов. Но мы высоко ценим брифинги, проводимые Соединенными Штатами. Я думаю, что это обеспечивает или еще раз показывает, что НАТО является платформой, на которой европейские союзники и североамериканские союзники могут объединиться и решить проблемы безопасности для всех нас.

Информация и фото по материалам nato.int

На пресс-конференции, которую Генеральный секретарь НАТО провёл вместе с министром обороны Норвегии Франком Бекке-Йенсеном (Frank Bakke-Jensen), господин Столтенберг в своём обращении к журналистам сказал:

«Я очень рад находиться здесь вместе с министром Frank Bakke-Jensen, чтобы приветствовать вас на Trident Juncture 2018.

Мы сталкиваемся с наиболее сложной ситуацией в сфере безопасности в рамках поколения, и НАТО отвечает наиболее масштабной адаптацией нашей коллективной обороны в рамках поколения. Поскольку, если мир меняется, НАТО тоже должно меняться.

Trident Juncture является наиболее крупным упражнением НАТО со времён Холодной войны, с участием 65 кораблей, 250 воздушных судов, 10 000 транспортных средств и более 50 000 военнослужащих из 29 союзных стран, вместе с нашими партнёрами Финляндией и Швецией.

Это упражнение долго планировалось, и оно не направлено против кого-либо конкретно, и оно полностью оборонное.

Мы тренируемся в мирное время, чтобы быть уверенными, что наши силы могут работать вместе в случае конфликта и кризиса. Мы также тренируем и сертифицируем Силы реагирования НАТО 2019, которыми в будущем году будет руководить Германия. При участии Норвегии, Нидерландов и Италии эти силы должны быть готовы в короткое время прибыть на место возникновения кризиса.

И мы тренируемся, чтобы направить ясное послание нашим нациям, и каждому, кто может бросить нам вызов.

НАТО готово и НАТО способно защитить всех союзников от любых угроз.

Сценарий Trident Juncture таков, что один союзник, в этом случае Норвегия, подвергся нападению фиктивного противника. Наша задача – защитить Норвегию и отбросить назад вражеские силы.

Trident Juncture продемонстрирует нашу готовность оказать поддержку союзнику если возникнет необходимость, перемещая персонал и вооружения на дальние дистанции из Европы и Северной Америки.

Все члены Организации безопасности и сотрудничества в Европе были приглашены прислать наблюдателей на учения, поскольку союзники НАТО уважают букву и дух наших международных обязательств.

Поэтому Trident Juncture является не только великолепным примером силы НАТО, но также и транспарентности НАТО.

Я очень рад находиться здесь, встретить солдат и поблагодарить их.»

Информация и фото по материалам nato.int

Информация и фото по материалам nato.int

Обращение к журналистам

Мы только что закончили продуктивную встречу министров обороны стран НАТО, посвящённую сдерживанию и обороне и тому, как мы намерены внедрять решения Варшавского саммита.

Нашей первостепенной ответственностью является защита населения стран НАТО, насчитывающее более миллиарда человек. На Варшавском саммите в июле лидеры стран НАТО приняли решения, направленные на выполнение этой задачи.

В течение последних 100 дней мы проделали долгий путь, внедряя эти решения. Сегодня мы оценили наш прогресс, проделанную работу и то, что предстоит сделать.

В начале этого года Канада, Германия, Великобритания и США обязались взять на себя лидирующую роль в многонациональных батальонах в восточной части Альянса (...). Я с гордостью сообщаю, что многие другие наши союзники сегодня подтвердили свой вклад в эти силы.

Албания, Италия, Польша и Словения будут участвовать в создании батальона под руководством Канады, который будет размещён в Латвии.

Бельгия, Хорватия, Франция, Люксембург, Нидерланды и Норвегия присоединяться к батальону под руководством Германии в Литве.

Дания и Франция внесут свой вклад в батальон под руководством Великобритании в Эстонии.

Румыния и Великобритания присоединяться к батальону под руководством США в Польше.

Наши силы поистине многонациональны. Наша весть недвусмысленна: НАТО едино. Нападение на одного союзника будет рассматриваться как нападение на всех нас.

В Варшаве мы сказали, что ожидаем размещения наших батальонов а начале 2017-го года. Я рад подтвердить, что так оно и будет. Слова Альянса на расходятся с делом. Мы выполняем наши обещания.

Сегодня мы также обсудили наше присутствие в регионе Чёрного моря, которое будет обеспечивать многонациональная бригада под руководством Румынии.

И мы работаем над мерориятиями как в воздухе, так и на море. И я рад подтвердить, что несколько стран выразили свой желание внести свой вклад в наше присутствие в регионе Чёрного моря, на суше, на море и в воздухе. В их числе Канада, Германия, Нидерланды, Польша и США. Другие союзники также рассматривают возможность внести свой вклад.

Во время встречи, мы обсудили недавнюю военную деятельность вблизи границ НАТО, в том числе недавнее упражнение «Кавказ 2016» и размещение Россией ракетных систем Искандер в Калининграде. Мы обеспокоены поведением России. Но диалог намного предпочтительнее нагнетанию напряжения. Все союзники готовы к проведению в ближайшем будущем встречи совета НАТО-Россия на уровне послов.

Мы также обсудили возрастающую роль киберобороны для НАТО. В Варшаве союзники обязались укреплять свою национальную кибероборону. И сегодня мы акцентировали важность осуществления этих обещаний. Так чтобы мы смогли продемонстрировать реальные результаты на следующем саммите.

В завершение, новые вызовы безопасности могут означать новые требования к нашей командной структуре. Она должна быть чёткой и быстрой, обеспечивая альянсу возможность быстрого принятия решения и решительных действий. Мы решили созвать Группу старших экспертов в поддержку стратегическому командованию для произведения оценки эффективности командной структуры НАТО.

Мы много сделали сегодня и я воодушевлён нашим прогрессом…

Информация и фото по материалам nato.int

Соединённые Штаты в прошлом месяце согласились по просьбе Турецкого правительства обеспечить поддержку по защите суверенитета воздушного пространства Турции, — сказал Кук. Эта просьба последовала «вслед за вторжением русских … и мы с пониманием отнеслись к этой просьбе» — сказал Кук.

Действия США отражают «как нашу приверженность обеспечению безопасности наших союзников по НАТО, так и наше твёрдое намерение деградировать и полностью разгромить Исламское государство в Ираке и Сирии, — он добавил.

Размещение F-15E

ВВС США в ближайшем будущем намерены в Инкирлике разместить также ударные истребители F-15E Strike Eagle в рамках операций коалиции, направленных против ИГИЛ, их число и дата прибытия пока не определена, — сказал Кук.

Мы приветствуем решение Турции открыть воздушное пространство для нас и других членов коалиции, участвующих в воздушных операциях против ИГИЛ и участие Турции в воздушных операциях коалиции, направленных против ИГИЛ, — он добавил.

Присутствие США в Турции включает средства поддержания персонала и пилотируемые и беспилотные воздушные суда уже участвующие из Инкирлика в миссии против ИГИЛ, — сказал Кук.

Миссии в поддержку турецких истребителей

Американские истребители присоединяться в Инкирлике к турецким F-16, которые регулярно участвуют в миссии коалиции против ИГИЛ в Сирии, включая ударные миссии, — он добавил

Кроме воздушных операций, мы продолжаем наш диалог с Турцией по развитию наиболее эффективных мер против ИГИЛ, в том числе вдоль турецких границ в поддержку безопасности Турции и региональной стабильности, — отметил Кук.

Информация и фото по материалам defence.com