Памятная церемония

Прошло 100 лет со дня трагедии, и благодаря усилиям краеведов с острова Сааремаа и энтузиастов военной истории всех стран Балтии и России это событие вышло из тени забвения, и павших на Церельской батарее помнят потомки.

 Слово на могиле прочитал председатель Общества военной старины острова Сааремаа Тыну Велдре. Тыну сейчас готовится стать пастором Лютеранской церкви Эстонии и уже достиг статуса евангелиста (ступень перед званием пастора). Он произнёс слово о людях, погибших здесь.

Следующим выступил Юрий Мелконов, который напомнил, что матросы и солдаты Церельской батареи, прежде всего, выполняли свой воинский долг, они тушили пожар, не считаясь со смертельной опасностью. Рядом с батарейцами были офицеры, которые не прятались за спины солдат и погибли вместе со своими подчинёнными, проявив лучшие черты российского офицерства.

Уместно вспомнить, что через 30 дней, 25 октября 1917 года (по старому стилю) Российская империя прекратила своё существование в результате большевистского переворота, и российские военнослужащие, героически погибшие на батарее Цереля, не были отмечены никакими государственными наградами и вообще забыты на 90 лет до начала 2000-х годов.

Среди павших были найдены и опознаны тело полковника Константина Владимировича Ломана, командира артиллерийского батальона трёх береговых батарей на мысе Церель и трёх зенитных батарей, и тело лейтенанта Тимофеева Д.М. Тело подпоручика Максютина В.Г. не нашли, и сегодня его могила представляет собой пустой кенотаф.

Раненый при взрыве мичман Григорьев Л.Н. был отправлен в госпиталь в Курессааре, где, вероятно, скончался от ран и похоронен на кладбище Кудрапа в Курессааре, место могилы неизвестно.

Вместе с мичманом Григорьевым в госпиталь отправили ещё одного раненого – подданного Британской империи, который находился на Церельской батарее. По справке госпиталя, возможно, его звали Дэвид. Он тоже скончался от ран, вероятно, похоронен в православной части кладбища Кудрапа в Курессааре, место могилы неизвестно.          Предполагается, что англичанин выполнял какую-то особую миссию на батарее: или был представителем британского флота для связи с подводными лодками, или консультировал применение новых приборов наведения для 12-дюймовых орудий. В любом случае его миссия была исключительно секретной, и император Николай II, назначая командира Ирбенской позиции, должен был найти офицера, которому всецело доверял сам и в его личных качествах был полностью уверен. Видимо, таким командиром и оказался офицер Гвардейского экипажа, участник Цусимского сражения, капитан 1-го ранга Мориц Георгиевич Кнюпффер. Царь лично знал семью Кнюпфферов, часто заходил к ним на чай в квартиру на Литейном проспекте.

При взрыве погреба ранения получило ещё много человек, в том числе старший лейтенант Бартеньев, который позднее был назначен командиром Церельской батареи и пробыл в этой должности 15 дней до 6 октября, когда позиции орудий были захвачены немцами.

Всего в двух прямоугольных могилах могут находиться останки 61-62 российских военнослужащих, из них 27 матросов Гвардейского экипажа и 39 солдат и матросов других команд.

Список чинов Гвардейского экипажа, погибших на 43-й батарее при взрыве погреба

Боцман

Балдин Моисей Матвеевич

1. Алексеев Иван Алексеевич
2. Байков Василий Иванович
3. Бачурин Егор Иванович
4. Вареник Фёдор Георгиевич
5. Гордиенко Максим Георгиевич
6. Государев Пётр Иванович
7. Дедовец Филипп Ильич
8. Дмитроченко Фёдор Петрович
9. Захаров Василий Захарович
10. Иванов Фёдор Дермидонтович
11. Крылов Иван Кузьмич
12. Кузнецов Кузьма Никанорович
13. Меюс Василий Филиппович
14. Мишин Семён Лукьянович
15. Мяттас Иван Евдокимович
16. Павлович Яков Михайлович
17. Патрашов Павел Яковлевич
18. Ратанов Фёдор Фёдорович
19. Ребрушкин Николай Кузьмич
20. Рубишко Иван Викентьевич
21. Селицкий Фёдор Михайлович
22. Смык Пётр Алексеевич
23. Сокол Ефим Петрович
24. Тарасенко Ефим Борисович
25. Таурин Вольдемар
26. Уткин Василий Андреевич

Список выявлен петербургским историком А.Ю. Емелиным и по просьбе Ю.П. Мальцева любезно предоставлен для публикации. Отчества погибших реконструированы А.Ю. Емелиным лишь предположительно, по карандашным пометкам на оригинале

Офицеры:

1. Полковник Ломан Константин Владимирович
2. Подпоручик Максютин В.Г.
3. Лейтенант Тимофеев Д.М.
4. Мичман Григорьев Л.Н.

Тогда, в 1917 году, на могиле павших были установлены два креста. У строителей батареи были в наличии дубовые брусья, из которых изготавливали элементы снарядных погребов. Поэтому на захоронении установили два дубовых креста. Надо сказать, что они простояли в морском климате полуострова Сворбе достаточно долго – до Второй мировой войны.

После войны крестов уже не было. Я помню, что мой отец Мелконов Юрий Николаевич служил в 1955–1957 годах на полуострове Сырве на 87-й артиллерийской батарее (4 орудия МУ-2 калибром 152 мм), которая расположена рядом с могилой матросов 1917 года. Я прибегал мальчишкой к отцу на батарею, никаких крестов рядом не было, и никто не вспоминал о погибших матросах, хотя факт взрыва помнили все жители на Сырве.

Место захоронения долгое время искали многие энтузиасты военной истории во главе с Юрием Мальцевым, но точно его указал хранитель Военного музея на Сырве Мати Мартинсон. Первые кресты установили на могиле в январе 2009 года. Бетоном выровняли квадраты захоронений и воздвигли два больших и два малых креста. Малые были установлены на местах захоронения офицеров. Работы выполнили мастера под руководством предпринимателя из Эстонии Станислава Гробера, большого энтузиаста истории военных захоронений.

Кресты были изготовлены из сосны и выстояли в ветреном морском климате полуострова Сырве почти восемь лет, затем стали портиться.

Новые кресты опять изготовила и установила команда Станислава Гробера. На этот раз кресты выполнили металлическими из стальной трубы коробчатого сечения. Установили кресты на место 16 сентября, стараясь закончить работы к 100-летию трагедии на мысе Церель. Малые кресты на офицерских могилах оставили в первоначальном виде – они не портятся, так как изготовлены из канадской лиственницы.

Демонтированные кресты были сожжены на площадке Военного музея Сырве.

Звенящие кресты на мысе Церель

Они стоят на мысе Церель – два восьмиконечных православных креста – как символ неисчезающей памяти народной о солдатах и матросах, до конца выполнивших свой воинский долг перед Отечеством. Если постучать по трубе тела крестов, то раздаётся звонкий звук, тут же уходящий вниз в землю и затихающий в отчётливо чувствующейся могиле. И кажется, что матросы и солдаты стоят там плотным строем и смотрят вверх, на вершины крестов, где убегают по небу светлые облака.

«Спасибо, что не забыли нас, – говорят тени, – живите и помните о военных невзгодах. Всегда стремитесь к миру!»

Юрий Мелконов

Фото Виты Авотыни

📷 Показать Все 31 фото